Нетерпеливый ученик
(The Eager Student)


Автор: Cybele
Оригинал: http://www.swish-n-flick.netfirms.com/stories/eager_student.htm
Перевод: Zua
Pairing: Гарри/Рем.
Рейтинг: NC-17
Жанр: romance/humor
Краткое содержание: Гарри жаждет новых знаний, и ему есть, у кого поучиться…
Disclaimer: Стандартный. Автор и переводчик не претендуют на права Дж.К.Роулинг.
Размещение: Согласие автора на перевод получено, и, разумеется, я хочу, чтобы меня спрашивали, желаю ли я видеть свои переводы, где бы то ни было.

Через некоторое время после того, как хаос войны стих, Гарри Поттер задумался о сексе.

С ужасных событий четвертого года учебы его гормоны милостиво не напоминали о себе, позволяя сосредоточиться на борьбе с Вольдемортом. Помимо расписания, забитого Квиддичем и уроками, были еще дополнительные занятия по защите от темных сил со Снейпом (ну почему именно с ним!). Ради спасения собственной жизни Гарри приходилось всегда быть настороже, и у него просто не оставалось свободного времени.

Он победил Темного Лорда, как все и предполагали. Седьмой год в Хогвартсе, Хэллоуин – и Непоправимое проклятье. Авада Кедавра. Полное уничтожение. Учитывая то, против кого это проклятье было применено, Гарри был прощен. Праздничный пир был великолепен, церемония награждения его Орденом Мерлина первой степени (самый юный из всех получавших Орден волшебников!) – веселой и оживленной...

А потом наступило спокойствие. Впервые в жизни Гарри получил возможность подумать о себе. Побыть обыкновенным семнадцатилетним мальчишкой.

И понял, что он...гей.

Это была ночь в канун Рождества. Будто два животных сошлись – мурлыканье, рычание, стоны... Гарри не знал, почему он ничего не слышал, когда крестный и Рем ... в общем, не слышал этого раньше, хотя жил с ними с пятого класса, с тех пор, как с Сириуса были сняты все обвинения. Может быть, они так своеобразно праздновали гибель Вольдеморта? В конце концов, весь год Рем преподавал в Хогвартсе, и, хотя Сириус бывал в замке довольно часто, Гарри считал, что любовники чувствовали себя скованно в строгих и чистых стенах замка.

Этой ночью они определенно ничего не собирались оставлять на потом.

Гарри беспокойно заворочался и сунул голову под подушку. Странно, что он не догадался наложить на комнату какое-нибудь заглушающее звуки заклятие, но думать о магии было крайне трудно. В его голове почему-то плясали образы диких псов. И вся кровь, нужная мозгу для формирования мыслей, устремлялась к члену. Тщетно стараясь сдержать стон, Гарри потянулся к болезненно напряженному органу.

Следующее утро было наполнено радостным предвкушением праздника, как это всегда бывает, когда проводишь рождество со своей настоящей семьей. Однако Гарри, как ни старался, не смог заставить себя смотреть в глаза двоим мужчинам, особенно заметив следы укусов на груди Сириуса, когда тот вышел к завтраку в домашнем халате.

– Счастливого рождества, Гарри, – крестный зевнул, поглаживая шрамы. Гарри ошеломленно моргнул, и Сириус, поняв, на что уставился мальчик, с неловкой улыбкой запахнул полы халата. – Н-ну...Рема слегка заносит... иногда.

Глаза Гарри расширились, и он уставился себе под ноги, стараясь не покраснеть. ...И покраснел, вспомнив грубые, животные звуки, разносившиеся по дому прошлой ночью. Воспоминание подействовало возбуждающе, Гарри смутился еще больше и постарался не думать о том, как сильно кончил, слыша доносящиеся из-за стены звуки. Когда на кухню вышел Люпин, цвет лица Гарри напоминал спелое красное яблоко. Рем был в шортах, довольный и слегка помятый – кажется, Сириуса временами тоже "заносило".

– С рождеством, милый, – грациозной рукой Рем пробежал по растрепанным волосам мальчика. – Ты в порядке? Выглядишь слегка не в себе…

Гарри резко вскочил, пробормотал что-то вроде "Я иду в душ" и вылетел вон из комнаты.

Праздники кончились, и Сириус вернулся к работе в Министерстве Магии, в Отделе Обеспечения Правопорядка. Как-то раз Гарри и Люпин неторопливо пили чай, наслаждаясь тишиной и спокойствием зимнего утра. Удовлетворенно вздохнув, Рем отложил в сторону "Ежедневный пророк" и через стол взглянул на Гарри, который, несмотря на все свои старания, все еще не мог встретиться с оборотнем взглядом и не покраснеть.

– Не хочешь съездить сегодня к Рону?

Гарри покачал головой и неуверенно улыбнулся.

– Он встречается с Гермионой. Думаю, им приятнее побыть наедине друг с другом.

– Ясно. Джинни, по-моему, тоже была бы рада тебя видеть, – Рем приподнял бровь и выжидающе взглянул на лицо Гарри. Тот скорчил гримасу, но ничего не сказал, поднеся к губам чашку с чаем.

– Девушка не в твоем вкусе, да? Может, ты больше соскучился по близнецам?

Гарри фыркнул и расплескал по столу чай. Люпин засмеялся и потянулся к лицу мальчика с салфеткой в руках. Пытаясь вытереть стол своей, Гарри выдавил:

– Извини.

– Ничего. Это я должен был дождаться, пока ты спокойно позавтракаешь, и только потом вывести тебя на чистую воду.

Гарри покраснел и бросил взгляд на Рема. Тот снова рассмеялся.

– Да ладно тебе, Гарри. Ну по какой еще причине симпатичный и известный парень вроде тебя до сих пор проводит субботние вечера с "Квиддичем сквозь века"? И я видел, как ты смотришь на мою задницу. Не стоит смущаться. У меня вполне замечательная задница. По крайней мере, так утверждает Сириус.

Охватившее Гарри чувство вряд ли можно было бы назвать даже смущением – скорее, это было унижение. Ему казалось, что даже белки глаз у него покраснели. Он неожиданно почувствовал тошноту, головокружение и желание немедленно прилечь. Если бы только ноги могли донести его до кровати! Мальчик уронил голову на руки.

– Гарри, в жизни множество сложных и непонятных вещей. Сексуальное влечение – определенно не одна из них. Тебе нечего стыдиться, – Рем протянул руку и отвел ладони от гарриного лица. Тот встретился глазами с мужчиной, почувствовал, что сердце куда-то ухнуло, и посмотрел в сторону.

– Когда ты понял, что ты... Ну... – снова покраснев, Гарри наморщил нос.

– Гей? Вообще-то у меня все было иначе.. Я имею в виду, люди привлекали меня, в основном, своим запахом. Мой нос не делает различий между полами. А Сириус... Что ж, его аромат оказался самым удивительным – яростный, страстный, полный желания. Не говоря уже о том, что Сириус очень красив и неописуемо хорош в постели.

Тут Гарри слегка поморщился. Рем продолжал:

– Мы были лучшими друзьями, мне даже в голову не приходило, будто я должен чего-то стыдиться. Я хотел его, он – меня. Все просто.

Гарри все же не мог не подумать, что дела обстоят чуточку сложнее.

– Так тебе кто-нибудь нравится? – мягко улыбнулся Люпин.

Гарри хмыкнул. Со Дня Всех Святых его интересовал каждый хоть сколько-нибудь привлекательный представитель мужского пола. Гарри с дрожью вспомнил, как пристально иногда смотрел на Малфоя. Кроме Рона и Сириуса (хотя с кануна Рождества взбудораженное воображение подростка подчас не давало пощады даже крестному) в Англии не осталось ни одного симпатичного мужчины, которого Гарри не возжелал бы хоть на мгновение.

– Ну, никто в особенности, – он постепенно расслабился и почувствовал удовольствие от того, что было с кем поговорить о своей поздно проявившейся сексуальности. Так глупо – он ведь сразу мог пойти с этим к Рему.

– Не легко, так ведь? Как ни противно мне это признавать, бытность оборотнем имеет свои преимущества. По крайней мере, я точно знаю, когда нравлюсь другим людям, – Люпин ухмыльнулся, видя, как неловко мальчик заерзал на стуле. – Не волнуйся, тебя я обнюхивать не собирался.

Гарри застонал и уронил голову на стол.

– Как же я иногда завидую муглам! – пожаловался он своим коленям. Затем поднял голову и слабо улыбнулся.– Извини, что потревожил тебя своими феромонами.

– Не извиняйся. За время работы в школе я к этому привык. От перегрузки у меня иногда отключались некоторые чувства. Во время уроков у старшеклассников приходилось накладывать заклинания, притупляющие обоняние. От их бурного вожделения оборотню недолго было и с ума сойти, – Рем пристально взглянул на юношу и уголок его рта пополз вверх. – Кстати, мне нравится твой запах. Невероятно возбуждающий.

Гарри от неожиданности чуть было не уронил челюсть на пол.

- Это нечестно! – только и смог вымолвить он, придя в себя.

Рем в ответ только приподнял бровь и обольстительно улыбнулся. Что-то резко свернулось в животе Гарри, и он почувствовал неожиданный страх, увидев, как затрепетали ноздри Люпина. “У оборотней, кажется, очень тонкий слух. Он наверняка слышит, что сердце вот-вот выпрыгнет у меня из груди. Если он не перестанет ТАК на меня смотреть, я просто растекусь по полу”.

– Ты такая прелесть, когда смущаешься, – промурлыкал Рем. Гарри зажмурился, и Рем смешливо фыркнул. – О, ну хорошо, больше так не буду. Но – для твоего же собственного блага – преподам тебе первый урок выживания в мире сексуальной зрелости. Перестань бояться своего влечения. Хватит думать об этом, просто согласись с тем фактом, что на некоторых людей твое тело реагирует именно так. Например, тебе явно нравлюсь я. И плохим человеком ты от этого не становишься, – Люпин допил чай и встал, улыбнувшись Гарри. – Может, прогуляемся по Лондону? Я задействую свое обоняние, подберем тебе парочку подходящих партнеров…

– Согласен. Только никаких штучек с твоим носом, я сам о себе позабочусь!

– Договорились, я только быстро приму душ. Эта твоя скрытая жажда страсти… Кажется, у меня небольшая проблема, – Рем обернулся, удостоверился, что Гарри снова покраснел, и вышел из кухни.

В интересах самосохранения Гарри смирился с тем, что его влечет к любовнику крестного. Он перестал краснеть всякий раз, когда Рем начинал дразнить его, и в конце концов научился отвечать тем же. Откровенность Люпина в вопросах секса поначалу безмерно удивляла юношу – оборотень славился врожденной деликатностью и сдержанностью. Получалось, что была все-таки тема, к которой Рем подходил безо всяких околичностей.

Зимние каникулы приближались к концу, и Гарри начал понимать, что ему совершенно не хочется обратно в школу. Возвращение в Хогвартс значило, что Люпин снова станет прежним сдержанным профессором, а Гарри вернется к целомудренному и, следовательно, полному сомнений существованию. Его флирт с Ремом, постоянное приятное напряжение в их отношениях помогли мальчику признать свою сексуальность, наконец-то получить то, чего он так страстно желал – ощущение собственной нормальности. И вот теперь… Возращение в школу было сродни возвращению в пресловутый чулан, где только и оставалось, что с тоской глядеть сквозь замочную скважину на ровесников, наслаждающихся порой взросления.

– Доброе утро, милый. Все приготовил к школе?

Гарри насупился. Он проснулся в чрезвычайно дурном расположении духа, и вопрос Рема только больше разозлил его. Мальчик уныло пробормотал что-то под нос, налил себе чаю и прислонился к кухонному шкафчику.

– С тобой все в порядке? – Рем обеспокоенно нахмурил брови. Гарри немедленно растаял. “Ну не могу я сердиться, когда он так на меня смотрит…” Недовольство растаяло, уступив место едва уловимому чувству разочарования.

– А ты? Не терпится вернуться?

Оборотень пожал плечами.

– А почему бы и нет? Мне нравится преподавать, еда в Хогвартсе великолепная… Жаль только, постель всегда холодная, – слегка неприличная, выжидающая улыбка: вызов брошен. Гарри, подняв бровь, ухмыльнулся в ответ.

С некоторых пор так начиналось каждое утро. Одарив “семью” поцелуями и улыбками, Сириус отбывал на работу, и разгоралась битва. Намек, лукавая усмешка – начинал всегда Люпин. Гарри это нравилось. Это была их личная, особенная игра – дразнить друг друга, пока кто-нибудь не сдастся. И не то чтобы Гарри не любил проигрывать…

– М-м-м… Какая жалость. Думаю, я мог бы помочь.

– Да-а? И чем же?

– Ну, лучший способ согреть кого-то – поделиться с ним теплом своего тела. А после всего, что ты для меня сделал, меньшее, что я могу предложить тебе, это свое тело.

– Ах, Гарри, как щедро с твоей стороны…– Рем встал из-за стола и двинулся к мальчику. У того перехватило дыхание. “Можно быть сообразительным и остроумным, но только на безопасном расстоянии от этого мужчины. Когда он всего в двух футах от тебя, в голове не остается ни единой мысли...” Рем остановился в миллиметре от Гарри, тот почувствовал его теплое, влажное дыхание на своих губах. Его член, кажется, тоже это почувствовал.

– О да, ты достаточно горяч, так ведь? – Гарри вдруг понял, что не дышит, и никак не мог вспомнить, как это вообще делается. Рем улыбнулся, глаза его потемнели. Руки легли на бедра юноши.

Гарри выдохнул наконец:

– Дьявол!.. О’кей, Рем. Ты опять выиграл.

Но на этот раз Рем не засмеялся торжествующе, и не отступил назад. Его руки скользнули под майку Гарри, поглаживая кожу, слегка задевая чувствительные соски.

Кроме мадам Помфри никто не касался тех частей тела Гарри, которые обычно скрывались под одеждой. И мадам Помфри (хвала богам!) никогда не касалась его так. Гарри почувствовал, что его колени слабеют, и прислонился к шкафчику.

– Как же ты меня достал, Рем! Или трахни меня уже, или прекрати все это! – Гарри удивился тому, как искренне прозвучали его слова. А затем лишился дара речи, потому что Рем впился губами в его рот, разделяя губы юноши настойчивым языком.

Первый поцелуй Гарри Поттера.

Вообще-то, второй. Строго говоря. Первый был в пятом классе, с какой-то девушкой из Хуффльпуфа. “Не считается”, - решил Гарри. Тот поцелуй не разбудил таких ощущений, как этот, второй (теперь уже первый).

Рем притянул его к себе, Гарри ощутил напряженный член Люпина рядом со своим собственным… и отпрянул, тяжело дыша, дрожа всем телом.

– Я не могу… Я сейчас… О, черт!

Он взглянул оборотню в лицо, и в то же мгновение его захлестнуло паническое чувство вины. Он целовал любовника своего собственного крестного. Боже, как он мог? То, что близость спровоцировал не он, как-то не приходило ему в голову.

Рем поймал взгляд юноши и провел языком по нижней губе. Гарри едва смог заставить себя отвести глаза.

– Рем…

– Гарри, я люблю Сириуса. Мое сердце и моя душа отданы ему. Но мое тело принадлежит только мне. Мы оба так решили уже очень давно.

О, ну если так…

Гарри обнял Рема за плечи и прильнул к его рту поцелуем. Его бедра внезапно решили действовать по собственной воле и вжались в тело Люпина. Мальчик почувствовал умелые губы на своей шее, и неистовый трепет пробежал по его телу. Вдобавок руки, как безумные блуждающие под его майкой, прикосновениями доставляли такое удовольствие, бедра так неторопливо терлись о его эрекцию… что Гарри задрожал в оргазме.

– Прости, – выдохнул он, как только смог говорить, и уткнулся лбом в плечо Рема. Оборотень продолжил целовать его шею, слегка прикусил мочку уха и прошептал:

– Тебе понравилось?

– Мм-хмм… – простонал Гарри.

– Тогда зачем извиняться? – Рем глубоко вдохнул и почти прорычал: – Боже, как же дьявольски возбуждающе ты пахнешь!

Это малоизвестный, в общем-то, факт, что слова “дьявольски возбуждающе”, когда их шепчет тебе на ухо возмутительно сексуальный и страстный оборотень, срабатывают как заклинание, пробуждающее к жизни успокоившиеся было органы. Гарри подивился бы этому открытию, но его разум улетучился, когда Рем опустился на колени и стянул с юноши джинсы и трусы. “Так быстро и ловко, дело явно не обошлось без магии”. Об этом Гарри тоже не успел подумать – умелый язык принялся слизывать его сперму. Нежные руки потянули на пол. И вовремя – сил стоять на ногах уже не было. Непонятно как, но одежда с него исчезла. Кажется, из нее сделали что-то вроде постели на кухонном полу.

– Ты великолепен! – вздохнув, Рем восторженно посмотрел на раскинувшееся перед ним юное тело. Затем стянул с себя свитер, обнажая стройный, гибкий торс. Зрелище заставило Гарри затаить дыхание и наполнило сладким предчувствием. Рем продолжал медленно раздеваться, Гарри взволнованно смотрел, широко раскрыв глаза. Он так хотел дотянуться, дотронуться, не знал только, с чего начать. Спустя целую вечность, Рем, обнаженный, вытянулся рядом с юношей, его член уперся Гарри в бедро, руки пробежались по податливому телу. Гарри вздрогнул и покраснел в неожиданном приступе стыдливости.

– Я не знаю, что нужно делать, – прошептал он, робко улыбнувшись. Рем тихо засмеялся и нагнулся поцеловать юношу.

– Сейчас – лежать смирно и позволить мне сделать с тобой все, о чем я мечтал последние несколько недель, – Рем всосал нижнюю губу Гарри и слегка прикусил. – А потом, когда я попробую на вкус каждый дюйм твоего тела, – демонстративно лизнув гаррину верхнюю губу, – я расскажу тебе, что нужно делать, – Рем толкнул бедрами, и у Гарри перехватило дыхание. Он внезапно обнаружил в себе невиданный энтузиазм к учебе.

Ну и конечно, не так уж и плохо, когда изучают тебя … Рем, убедившись, что исследовал каждый уголок рта Гарри, наклонился к шее мальчика и поцелуями вытянул наружу стоны, бившиеся в горле. Неугомонные руки заскользили по коже Гарри, и тот, хотя только и мог, что стонать от наслаждения, понял, что некоторые части его тела способны отзываться на прикосновения без ведома разума. Особенно когда тебя дюйм за дюймом ласкает умелый язык. Руки, кажется, тоже действовали сами по себе, принявшись поглаживать спину Рема. Тот поднял голову и ухмыльнулся.

– Я же, кажется, велел тебе лежать смирно! – потянувшись, Люпин схватил расшалившиеся руки за запястья и завел их Гарри за голову. Потом прошептал: – Профессор Снейп прав, ты непослушен, – упрек сопровождался мягким укусом в шею. – Вы будете лежать спокойно, мистер Поттер.

Так похоже на интонации Снейпа, так… сексуально?!

– Не смей двигаться! – глядя в глаза Гарри, прорычал Рем и провел языком по нижней губе юноши.

Если бы еще вчера кто-нибудь сказал Гарри, что нервы в его подмышках непосредственно связаны с членом, он бы недоверчиво засмеялся. Но когда Рем скатился с него и уткнулся носом в это самое маловероятное место… Гарри убедился, что это так. Что бы там не говорили об общей анатомии и центральной нервной системе, Гарри вдруг обрел твердую уверенность, что каждый его нерв так или иначе связан с одним конкретным местом, которое, кстати, бессердечно игнорировал человек, изучающий его тело. Гарри вцепился в собственные волосы, чтобы удержаться от соблазна помочь себе руками.

Рем скользнул вниз. Гарри почувствовал, как теплый влажный рот накрыл его сосок - и дернулся отчаянно, не в силах решить, ответить ли на поцелуй или вскинуть бедра. Задрожал, компромисса ради… Кто бы мог подумать, что это так приятно, когда кто-то впивается зубами в сосок и безжалостно его терзает. “Рема иногда заносит, - пронеслось в голове. - Как раз то, что мне нужно, то, чего я жду...

Лежать неподвижно становилось все труднее, каждое сдерживаемое движение прорывалось голосом. Гарри то и дело стонал. Стоны перешли во всхлипы, когда Рем соблазнительно потерся о член юноши и скользнул еще ниже, оставив напряженный орган без внимания. Облизать мизинцы, укусить пятки, поцеловать в лодыжку. Оборотень явно не лгал, сказав, что собирается попробовать на вкус каждый дюйм гарриного тела.

Когда нежные руки плавно погладили внутреннюю сторону его бедер, Гарри задержал дыхание, беззвучно умоляя коснуться…да!.. боже, именно здесь! Пальцы скользнули вдоль его члена, за ними язык, затем Рем осторожно взял у Гарри в рот. Если бы мужчина не сжал вовремя основание его члена, Гарри не выдержал бы.

– Боже, Рем, смерти моей хочешь? – гортанный крик.

Да, но это сладкая смерть…

Рем захихикал, в опасной близости от гарриного члена, и молодому человеку, ничего не оставалось, кроме как отчаянно захныкать.

– Перевернись, – скомандовал Рем. Гарри как послушный щенок, дрожа от нетерпения, согнул колени и опустил подбородок на руки. Он почувствовал тяжесть теплого тела, и член Рема скользнул вдоль его ягодиц. Горячее дыхание коснулось сзади шеи юноши.

– Дьявол, какой ты горячий! Как же я хочу взять тебя, войти в тебя, заставить тебя кричать…

Гарри хрипло застонал, настойчиво прижался к члену Рема, и чуть не зарыдал от разочарования, когда тот отпрянул.

– Нет, Гарри. Это не для меня, – палец дразняще коснулся ануса мальчика. – Другому везучему ублюдку достанется честь лишить тебя этого твоего… состояния.

Гарри хотел было поспорить, что Рем имеет полное право стать упомянутым везучим ублюдком, но тут же замолчал, когда почувствовал вместо пальца легкие движения языка вокруг своей плоти. Одной рукой Люпин поглаживал напряженную спину юноши, царапая ногтями кожу, другой ласкал его член. Боль и удовольствие великолепно гармонировали друг с другом, Гарри чувствовал, что скоро, совсем скоро, уже сейчас … Неожиданно все кончилось.

Гарри почувствовал, как облако, на котором он парил над землей, исчезло, и он полетел вниз, подгоняемый шквалом глухого разочарования. Затем Рем неожиданно перевернул его и погрузил эрекцию юноши в рот, снова возвращая в небо, в водоворот ощущений. Удивительно умелый язык яростно скользил вверх и вниз вдоль гарриного члена, кружа вокруг головки, дразняще терзая основание… Когда осторожные пальцы надавили на его анус, Гарри выкрикнул что-то неразборчиво и вцепился Рему в волосы. И кончил, неожиданно, неистово, с криками. Чувствуя, как Рем сглатывает его семя, высасывает его досуха. Содрогаясь безудержно, пока силы окончательно не покинули его тело.

Гарри был уверен, что никогда больше не сможет пошевелиться. Он выжил в ужасной схватке с Вольдемортом, только чтобы так восхитительно проиграть битву с Ремом Люпином. Но… жаловаться ему не на что!

Во всяком случае, я еще жив…”. Его губы жадно раскрылись навстречу языку Рема. Юношу поразило то, каким приятным оказался привкус собственного семени на губах партнера. Рем отпрянул, и Гарри затаил дыхание.

– Понравилось?

Ничего другого, кроме как сказать “Спасибо”, Гарри не придумал. Вообще-то, он всегда был таким вежливым мальчиком…

– Не за что. И мне было приятно, – прошептал в ответ Рем.

– Хм. Нет. Еще нет. Сейчас я это исправлю, – лукаво улыбнулся Гарри. Люпин рассмеялся.

– Какой прилежный ученик! Мне это нравится. Но – не сегодня, – оборотень заглушил гаррин протест поцелуем и лег на пол рядом с юношей. Гарри приподнялся и обернулся взглянуть на своего… как ни странно, учителя.

– Рем, я…

– Для того чтобы завершить твое образование, у нас бесконечно много времени, – улыбнулся Люпин. Гарри нахмурил брови и бросил на него полный разочарования взгляд.

– Завтра мы возвращаемся в Хогвартс. Это наш последний день.

Рем рассмеялся и, сев на колени, нагнулся, чтобы нежно поцеловать юношу в щеку.

– А, так ты считаешь, что я позволю тебе пропускать эти уроки, пока ты будешь в Хогвартсе. Вздор, мистер Поттер. Хогвартс – лучшее место, где я смогу продолжить твое обучение, – Рем слегка стиснул руку Гарри и направил ее к своему члену. – А пока… можешь немного помочь мне.

Сидя напротив мужчины, Гарри охотно позволил направить свою руку туда, куда тому вздумается. Немного поколебавшись, другой рукой он робко погладил Рема. Тот резко выдохнул и откинул голову назад. Гарри посмотрел на лицо партнера и улыбнулся. Вспомнив, как приятно было это ему самому, осторожно переместил ладонь к анусу. Рем зарычал, и Гарри надавил сильнее, ускорив движения другой руки.

– Черт! Гарри!..– выдох, затем снова рычание. – Как быстро ты учишься…

Гарри приподнял бровь, наклонился и лизнул кончик ремова члена, заслужив в качестве похвалы неразборчивое “Чертовски быстро!”. Крайне довольный собой, юноша обхватил губами возбужденный орган и быстро закружил языком вокруг головки, вдохновенно лаская напряженную плоть.

– О, дьявол! Я… сейчас… А-а-ахх!!!

Рем резко вскинул бедра, и Гарри жадно проглотил горячую жидкость, дочиста облизав член любовника. Затем поднял голову и, заметив, что Люпин смотрит на него, широко улыбнулся. Оборотень придвинулся ближе и слизал влагу с покрасневших губ юноши.

– Ты чертовски талантлив. И все же заслуживаешь наказания, за то, что не послушался меня.

Гарри не смог спрятать усмешку.

– Жду с нетерпением!..

Спустя четыре месяца…

– Рем, пожалуйста!

– Нет.

– Ну пожа-алуйста! Я так этого хочу! – Гарри чуть ли не заскулил жалобно, для пущей убедительности потершись бедрами о лежащего рядом мужчину. Рем рассмеялся и решительно остановил движения юноши.

– Когда-нибудь, мой маленький баловень, ты поймешь, почему это должен быть не я. На следующий же день я трахну тебя так, что ты потом неделю ходить не сможешь. Но твоим первым я не буду.

– Угу. Значит, если я сейчас отправлюсь в гостиную, поймаю Симуса и заставлю его трахнуть меня, а потом вернусь к тебе, ты наконец-то снизойдешь до меня?

– Ну, можешь, конечно, и так поступить. Но я посоветовал бы тебе найти кого-то, у кого нет возлюбленного. Кого-то, с кем ты сможешь провести не одну ночь. Кого-то постарше, кто знает, как правильно себя вести.

– Ну конечно, конечно. И где же мне найти такого, хотел бы я знать! – Гарри скорчил обиженную гримасу.

– Он скоро появится, – успокаивающе произнес Рем, целуя юношу в плечо. – И ты соблазнишь его этими своими грешными губами, он полюбит тебя безвозвратно, и ты никогда больше обо мне не вспомнишь.

Гарри сонно вздохнул и придвинулся ближе, уткнувшись носом в теплое тело.

– Не-ет, я буду настойчиво требовать, чтобы ты и тогда продолжил свои частные уроки.

Рем тихо засмеялся.

– Ну, тогда мы пригласим еще и Сириуса и устроим настоящий праздник.

Собственно, так оно потом и случилось…

На главную   Фанфики    Обсудить на форуме

Фики по автору Фики по названию Фики по жанру